Любовь, обретенная в поисках козла

09.04.2009

Газета «Время» от 9 апреля 2009 года

http://www.timeua.info/090409/ehay.html

Александр Анничев

Cамый молодой негосударственный театр «На Жуках» порадовал зрителей премьерным спектаклем «Ехай!?», поставленным режиссером Ольгой Терновой в своей же оригинальной сценографии.

Абсурдная драма Нины Садур сопровождается великолепной классической музыкой, подчеркивающей — абсурд не есть безнадежная глупость, и порою в нем заложен глубокий смысл, помогающий достичь того, что нельзя порою обрести при помощи традиционных методов. Абсурден ли экстрим? В жизни бывает, что да, а в искусстве, как правило, он призван выявить острохарактерные качества того или иного персонажа. Герой-экстремал — это сила, способная предложенную драматургом коллизию превратить на сцене в мощный драматический конфликт.

…Мужик взошел на насыпь и улегся на рельсы поперек железнодорожного пути. Движущийся пассажирский поезд высветил его, бдительный машинист вовремя остановил состав. Мог бы, не нарушая графика, промчаться по мужику, однако не проехал, вышел из электровоза и попытался оттащить упрямца в сторону. Не получилось. Стал уговаривать. Опять не получилось. Попытался выяснить причину. Выяснил. Оказалось, мужику жена не дала семьдесят пять рублей на бутылку простенького вина. Машинист достал из кармана сотню и, всучив её несостоявшемуся самоубийце, хотел продолжить путь, но не тут-то было. К составу подошла женщина, искавшая козла. Абсурдность поиска козла зимой около железнодорожного пути заставляет нас усомниться в адекватном поведении хозяйки потерявшегося животного. Нам так и осталось не ясно, откуда взялся мужик, поскольку в поселке, со слов женщины, он никогда не жил и никакой жены у него не было. Расстаются случайно встретившиеся люди друзьями. Одинокая женщина вместо козла нашла себе мужика, бездомный мужик обрел крышу над головой, а пострадавший машинист — смысл жизни.

В программке режиссе­ром-постановщиком не обозначен жанр спектакля, и это весьма разумное решение. Оно дает нам, зрителям, возможность относиться к увиденному действу как к комедии или как к драме. Собственно, две эти ипостаси присутствуют в спектакле наглядно и спокойно могут объединиться в мелодраму.

Эпиграфом к спектаклю служат слова Станислава Лема: «Должен вам сказать, что мы вовсе не хотим завоевывать космос. Мы хотим расширить Землю до его границ. Мы не знаем, что делать с другими мирами. Нам не нужно других миров… Человеку нужен человек». Исходя из этого, а также беря во внимание присутствие двух инфернальных персонажей «инь» (Наталья Фирсова) и «янь» (Анатолий Байков), мы вынуждены относиться к ним как к сверхъестественной силе, остановившей поезд. Направляют они свою энергию на мчащийся электровоз только лишь для того, чтобы несчастный мужик (Дмитрий Терновой) встретил свою подругу жизни. Весьма символично пересеклись здесь рельсы, несущие гибель, с любовью, принесшей избавление от одиночества. Почему? Да потому, что так играет роль мужика Дмитрий Терновой. Он, как мне показалось, очень точно ведет живую тему целой галереи героев, некогда созданных Василием Шукшиным. Простой, несловоохотливый, уставший разбираться в «сложных» характерах окружающих его людей, недоумевающий от нарочито усложненных ситуаций, которые на самом деле разрешаются не так сложно, как о них говорят. Ты должен ехать, говорит он машинисту, вот и «ехай», кто бы ни лежал на твоем пути. Правда жизни — не есть правда искусства.

Сегодня молодые режиссеры всеми средствами пытаются заполнить сценическое пространство атмосферой натуралистической правды, и подмостки трещат от такой нагрузки. Театр всё равно остается театром, то есть вторичным по отношению ко всему истинному, а значит, искусством не правды, а правдоподобия, где все имеет двойной смысл, заключенный в символе правды — синтезе режиссерского замысла и актерского мастерства.

Режиссер Ольга Терновая хорошо сориентировалась в пространстве пьесы Нины Садур, где основной смысл заключен не в словах, а в конкретном действии, которое в драматургии такого качества задумывается автором как сложная психологическая мозаика. Я видел несколько спектаклей «Панночка», поставленных в разных театрах по пьесе Нины Садур, но, к сожалению, почти все они были аналогом гоголевского «Вия», хотя у Нины Садур подспудно исследовалась совершенно иная тема, во многом конфликтующая с общепринятыми трактовками известного произведения. Многие наверняка не знают, что есть драматургическая копия «Вия» Марка Кропивницкого, не выходящая за рамки своего литературного собрата.

Возвращаясь к роли Дмитрия Тернового, надо отметить, что она является типологическим слепком, в точности соответствующим облику живому и узнаваемому. Меня впечатлил клиповый метод его работы над ролью, когда в малой форме умело сконцентрировано большое содержание. Данный психологический фактор в спектакле оказывается еще и эстетическим, так как учитывает естественные пределы утомляемости зрителя. То действо, которое режиссер и актеры уложили в один час, могло бы продлиться и дольше, однако во втором случае нам пришлось бы тупо наблюдать лишь «бредни» заигравшихся артистов.

Машинист электровоза (Роман Фанин) и Любовь, ищущая козла (Татьяна Бушенева), — те немногие, кто по воле случая оказался рядом с человеком на рельсах, перед которым два инопланетянина остановили поезд. Произошло это на наших глазах, а потому мы уже считаемся свидетелями, дающими показания самим себе. Взвесив все «за» и «против», приходим к выводу, что человеку действительно нужен человек. Жизнь каждого из нас — космос, но рождающийся только из двух противоречивых энергетических масс, коими являются инь и янь. Задумалась Нина Садур о любви и пришла к выводу — любовь зла, полюбишь и козла, но тут же оговорилась, что можно отправиться на поиски козла, а найти настоящую любовь.